Ответы на вопросы "НГ-религии":
Протодиакон Андрей Кураев, профессор Московской духовной академии.
— В какой мере РПЦ, получившая легитимность в 1943 году, продолжила традиции дореволюционной Церкви, а в какой – приобрела специфику, которую ей навязали власти СССР? Какова была цена компромисса с «богоборческой» властью?
— Я не вижу принципиальных различий между дореволюционной Церковью и Церковью советской просто по той причине, что не надо идеализировать нашу дореволюционную церковную историю. Не было у патриарха Сергия и его преемников такого греха и такой мерзости, которых не было бы у их предшественников в российской церковной истории или тем паче византийской.
К сожалению, прогибчивость под давлением гражданской власти - столь древняя константа церковного поведения, что митр. Сергий тут никак не выделяется.
Вспомним, как в 886 году великого ученого и патриарха святого Фотия воцарившийся император Лев Мудрый отправляет в ссылку ради того, чтобы поставить патриархом своего младшего брата – 16-летнего диакона Стефана (правил св. Стефан 6 лет и умер он в возрасте 21 года. Умер именно оттого, что пробовал привести себя в соответствие своему святейшему титулу. Он же - юноша. Плоть горит. И то, что, простительно для обычного мальчика, непростительно для патриарха. И он стал есть какую-то гадость с "бром-эффектом". И довольно быстро отравился... (См. Попов Н. Император Лев VI Мудрый и его царствование в церковно-историческом отношении. М., 1892)).
В нашей древней истории можно вспомнить известную медиевистам историю о том, как князь Дмитрий Донской оказывал огромное давление на святителя Алексия, митрополита Московского, с тем, чтобы тот, вопреки канонам, назначил бы своего преемника, и этим преемником стал бы любимец Дмитрия Донского этакий толстый и умный поп Митяй. Преподобный Сергий был против, святитель Дионсий Суздальский также. Вообще как говорит Никоновская летопись, «и епискупи вси, и архимариты, и игумены, и священницы, и иноцы, и вси бояре, и людие не хотяху Митяя видети в митрополитех; но един князь великий хотяше». Но при этом и митрополит Алексий завещал ему кафедру, и собор епископов под давлением князя избрал Митяя. И лишь далекий и независимый от московского князя Константинополь с этим избранием не согласился…
Скажете, это все же давление одних православных на других, а Сергий уступал давлению откровенных врагов Церкви.
Однако, патриарх Сергий в отличие от современных ему критиков, был человеком, который еще до русской революции видел Церковь в условиях притеснений. Он был миссионером в языческой Японии, он служил в Иерусалиме, то есть в Османской империи. И он знал историю Церкви - ту, которую в семинариях не рассказывают: на какие компромиссы приходилось идти греческим Патриархам в условиях турецкого владычества.
Например, 1821 год.
( Read more... )