По законам богоборческого времени
Feb. 8th, 2013 08:02 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
057rusОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
consigliere_rpc в По законам богоборческого времени
06.02.2013 
Автор: Лариса Минц
В субботу, 26 января богослужение в церкви во имя св. Андрея Первозванного, в поселке Сахзаводской было прервано неожиданным визитом. Группа полицейских в форме была настроена решительно.
— Прекратить богослужение! — потребовал старший полицейский. – Не имеете права служить.
Холодком повеяло на священника и прихожан от этого сурового призыва. Как будто вернулись времена государственного богоборчества. Но за спинами полицейских стоял не комиссар в кожаной тужурке, а хорошо известный всем жителям поселка тракторист из села Крутого В. Холоимов. Это он привел сюда полицейских для того, чтобы они исполнили решение суда о запрещении богослужений, которое несколькими днями ранее вынесла судья Ливенского районного суда Н.И. Шевелева.
— Я вежливо объяснил стражам порядка, что до тех пор, пока решение суда о запрете богослужений не вступило в законную силу, мы имеем право служить, но в душе все кипело, — рассказал настоятель церкви отец Роман Куманский.
Преследования православной общины посёлка Сахзаводского начались с момента организации прихода. Конфликт разгорелся с жительницей села Крутого, заведующей крутовским ДК Любовью Николаевной Холоимовой.
Для православных верующих жителей поселка пусть небольшой, но «свой» храм был радужной мечтой. Им очень хотелось освятить свой поселок молитвой и колокольным звоном. Такие большие дела без совета и благословения духоносных старцев не делаются. И верующие обратились к старцу Илию за советом: строить храм или не строить? А если строить, то где именно?
— Строить, — сказал старец, — но без молитвы церковь вам не поднять. В поселке нужно служить литургию.
Нашли для устройства временной домовой церкви комнату в бывшем пожарном депо. Но директор ОАО «Ливнысахар» Д. А. Ситников предупредил, что в том же доме находится квартира, принадлежащая Л. Н. Холоимовой. Сама она в ней не живет, так как имеет полдома в селе Крутом, но все-таки… Отец Роман поехал в Крутое, чтобы узнать, как соседка отнесется к тому, что за стенкой разместится домовая церковь. И получил суровую отповедь.
— Комната, которую вы хотите занять, моя, — заявила Любовь Николаевна. — Купите мне квартиру в поселке Сахзаводском, тогда и делайте, что хотите.
Ошеломленный священник пытался объяснить: ни у него, ни у маленькой православной общины посёлка нет средств, чтобы покупать жилье. Сам снимает для себя и своей семьи квартиру в Ливнах. Но Холоимова стояла на своем: покупайте квартиру или она начнет с верующими войну не на живот, а на смерть.
— Мы выяснили, что законных прав на помещение, принадлежащее сахзаводу, у нее нет, — вспоминает отец Роман. — И я заключил с сахарным заводом договор на аренду этой комнаты.
Приход собрался быстро и оказался таким, какие редко бывают. Прихожане поселка не просто исполняли обряды. Они сложились в коллектив, многими чертами напоминающий семью. И живут поблизости, и молятся вместе, и относятся друг к другу с большим теплом. «Мы» — говорят они себе сейчас, не мысля больше своей жизни без своей церкви, без своей дружбы.
С появлением домовой церкви стали меняться к лучшему человеческие судьбы. Молодая женщина не могла родить ребенка. Но стала постоянно ходить в церковь, исповедоваться и причащаться – и сейчас растит двойню.
— А ведь год назад мы с мужем пришли в настоящее отчаяние, — рассказывала Валентина М. – Были уверены, что все безнадежно, что никогда не быть нам родителями. Настоящее чудо случилось по молитвам батюшки, по нашим молитвам.
Отец Роман хранит у себя благодарственные письма, написанные жителями поселка. Все они благодарят церковь и батюшку за счастливые изменения в своей жизни.
А пока всем миром украшали церковь, освящённую в честь Андрея Первозванного, пока собирали и обучали певчих, их всего-то несколько человек и одна из них матушка, Л.Н. Холоимова исполняла свое обещание: жаловалась, угрожала и упрекала. Можно предположить, что богослужения и приходская жизнь для нее – нож острый.
— Какое они имеют право отпевать у себя покойников? — гневно спрашивала она, сидя у нас в редакции. – Я терпеть не могу, когда отпевают покойников. И еще кружат вокруг дома со своими молитвами. Что за безобразие!
Кружением вокруг дома женщина называет крестные ходы, которые изредка: на Пасху и в дни больших праздников совершают православные. Особенно раздражают ее литургические песнопения и запах ладана.
Чтобы испортить жизнь ненавистным людям, Холоимова стала во время богослужений на всю громкость включать магнитофон. Батюшка возглашает: «Господу помолимся», а магнитофон за стенкой вопит разудалый шлягер.
Верующие старались не отвечать на зло злом, с христианским терпением переносить эти выходки. В прошлом году на праздник Сретения Господня в церковь приехали гости: ливенский благочинный о. Виктор Яковец, несколько священников из Ливен. Соседка тоже к празднику подготовилась. Музыка ревела так, что заглушала пение церковного хора из трех женщин. Тогда гости запели вместе с ним. Службу отслужили, как положено.
— Поздравляю вас, братия и сестры, — сказал на прощание о. Виктор. — Все-таки мы спели громче.
Все посмеялись и разошлись, но когда битвы хоров стали повторяться все чаще, стало не до смеха. Хотели уговорить соседку успокоиться.
Прихожане А. Г. Иванов и В. Ф. Моногарова пошли к ней.
— Любовь Николаевна, зайди к батюшке, он тебя зовет.
Но она отказалась и стала колотить в стену кулаками. Наверное, для того, чтобы подтвердить отказ. В этот момент в церкви находилась женщина, которая пришла помянуть свою умершую дочку. Этот грохот так оскорбил её, что несчастная мать зарыдала.
Чтобы прекратить конфликт, верующие проложили стену специальным звукоизолирующим материалом, тщательно оштукатурили. Но и это не успокоило Холоимову. Она обратилась в суд.
«Между моей и соседней квартирой достаточно тонкие стены (ДСП), — пишет она в своем исковом заявлении. – И проводимые ритуальные собрания мешают мне в полной мере пользоваться принадлежащей мне на праве собственности квартирой».
Вообще-то, пользуется квартирой не Любовь Николаевна, а ее квартиранты – молодая пара, которая снимает у нее жилье. Живут супруги Холоимовы в собственном доме в селе Крутом. Но в то время, когда в церкви начинается служба, она действительно приходит туда. Зачем? Об этом знает она одна.
Отец Роман и его прихожане шли в суд хоть с тревогой, но в то же время с уверенностью в своей правоте. Экспертиза, проведенная по требованию суда, показала, что:
«При проведении молебных обрядов в жилой комнате квартиры №1 д. №49 в пос. Сахзаводском Ливенского района создается непостоянный колеблющийся шум... Измерения уровня шума не превышают допустимых уровней звука и соответствуют требованиям Сан Пин...»
А таблица, приложенная к заключению эксперта, свидетельствовала, что шум даже ниже допустимых значений. Допустимый уровень шума 40 децибел, а шум в квартире Холоимовой составляет 30 децибел.
— К тому же, — говорит отец Роман, — церковь находится там временно. Построим храм – уйдем. Неужели, нельзя подождать несколько лет?
Нет, Холоимова ждать не хочет и требует прекратить богослужения. И суд поддерживает ее в этом желании. Как напоминает это указ советской власти, которым в двадцатых годах запретили на территории СССР колокольный звон. Тогда власти тоже решили, что колокола мешают трудящимся отдыхать после рабочего дня.
Ну, а какова все-таки истинная причина всех страстей и судебных разбирательств? По нашему мнению, банальная жадность. Супругу жалобщицы – Виктору Холоимову в середине девяностых годов по решению профсоюзного собрания сахарного завода была выделена комната площадью 14 кв. метров в здании пожарного депо завода, т.к. «своего жилья он не имеет». Выделена ему одному. Через некоторое время В. Холоимов получил от Крутовской поселенческой администрации ордер уже на двух лиц: вторым была его супруга Л. Н. Холоимова, которой проф. собрание жилья не давало. В 2005 году, когда Холоимовы стали приватизировать свое жилье, 14 кв. метров, загадочным образом превратились в 24 кв. метра.
В то время за стенкой их квартиры, там, где сейчас церковь, располагалась аптека, которая арендовала помещение у ОАО «Ливнысахар». Хозяева аптеки купили себе другое помещение и ушли. Комната опустела и была заперта. Холоимовы не стали терять времени: сделали из своей квартиры дверь в бывшую аптеку, а на входную дверь изнутри навесили свой собственный замок.
После этого Л.Н. Холоимова стала ходить по инстанциям, выпрашивая для себя эту комнату. Побывала у главы поселенческой администрации, у главы районной администрации. Зачем? Это тоже загадка. Жилье у супругов Холоимовых есть и не одно. Кому будет предназначена отвоеванная комната?
Любовь Николаевна не хочет ничего объяснять. «Квартира, квартира, квартира...» — твердит она. И если квартиру ей не отдадут, то ой, ой, ой...
— Я ему (отцу Роману) буду мешать постоянно, я буду включать музыку на полную громкость. И никто мне не запретит. Моя хата, что хочу, то и делаю.
Эх, Любовь Николаевна. Да ведь такие «хаты» даны всем нам ненадолго. Придет каждому своё время и «отойдет человек в вечный дом свой», как сказано в Писании. Вот там Вы встретитесь с настоящим хозяином и распорядителем наших жизней. За богоборцев церковь не молится. И прихожане Сахзаводского поселка не попросят его о милосердии, не помолятся о Вас. Страшно это, Любовь Николаевна.
Источник...
consigliere_rpc в По законам богоборческого времениЛивенский федеральный суд в конце января запретил богослужение в домовой церкви св. Андрея Первозванного поселка Сахзаводского.
06.02.2013 Автор: Лариса Минц
О. Роман исповедует прихожан церкви Андрея Первозванного.
— Прекратить богослужение! — потребовал старший полицейский. – Не имеете права служить.
Холодком повеяло на священника и прихожан от этого сурового призыва. Как будто вернулись времена государственного богоборчества. Но за спинами полицейских стоял не комиссар в кожаной тужурке, а хорошо известный всем жителям поселка тракторист из села Крутого В. Холоимов. Это он привел сюда полицейских для того, чтобы они исполнили решение суда о запрещении богослужений, которое несколькими днями ранее вынесла судья Ливенского районного суда Н.И. Шевелева.
— Я вежливо объяснил стражам порядка, что до тех пор, пока решение суда о запрете богослужений не вступило в законную силу, мы имеем право служить, но в душе все кипело, — рассказал настоятель церкви отец Роман Куманский.
Преследования православной общины посёлка Сахзаводского начались с момента организации прихода. Конфликт разгорелся с жительницей села Крутого, заведующей крутовским ДК Любовью Николаевной Холоимовой.
Для православных верующих жителей поселка пусть небольшой, но «свой» храм был радужной мечтой. Им очень хотелось освятить свой поселок молитвой и колокольным звоном. Такие большие дела без совета и благословения духоносных старцев не делаются. И верующие обратились к старцу Илию за советом: строить храм или не строить? А если строить, то где именно?
— Строить, — сказал старец, — но без молитвы церковь вам не поднять. В поселке нужно служить литургию.
Нашли для устройства временной домовой церкви комнату в бывшем пожарном депо. Но директор ОАО «Ливнысахар» Д. А. Ситников предупредил, что в том же доме находится квартира, принадлежащая Л. Н. Холоимовой. Сама она в ней не живет, так как имеет полдома в селе Крутом, но все-таки… Отец Роман поехал в Крутое, чтобы узнать, как соседка отнесется к тому, что за стенкой разместится домовая церковь. И получил суровую отповедь.
— Комната, которую вы хотите занять, моя, — заявила Любовь Николаевна. — Купите мне квартиру в поселке Сахзаводском, тогда и делайте, что хотите.
Ошеломленный священник пытался объяснить: ни у него, ни у маленькой православной общины посёлка нет средств, чтобы покупать жилье. Сам снимает для себя и своей семьи квартиру в Ливнах. Но Холоимова стояла на своем: покупайте квартиру или она начнет с верующими войну не на живот, а на смерть.
— Мы выяснили, что законных прав на помещение, принадлежащее сахзаводу, у нее нет, — вспоминает отец Роман. — И я заключил с сахарным заводом договор на аренду этой комнаты.
Приход собрался быстро и оказался таким, какие редко бывают. Прихожане поселка не просто исполняли обряды. Они сложились в коллектив, многими чертами напоминающий семью. И живут поблизости, и молятся вместе, и относятся друг к другу с большим теплом. «Мы» — говорят они себе сейчас, не мысля больше своей жизни без своей церкви, без своей дружбы.
С появлением домовой церкви стали меняться к лучшему человеческие судьбы. Молодая женщина не могла родить ребенка. Но стала постоянно ходить в церковь, исповедоваться и причащаться – и сейчас растит двойню.
— А ведь год назад мы с мужем пришли в настоящее отчаяние, — рассказывала Валентина М. – Были уверены, что все безнадежно, что никогда не быть нам родителями. Настоящее чудо случилось по молитвам батюшки, по нашим молитвам.
Отец Роман хранит у себя благодарственные письма, написанные жителями поселка. Все они благодарят церковь и батюшку за счастливые изменения в своей жизни.
А пока всем миром украшали церковь, освящённую в честь Андрея Первозванного, пока собирали и обучали певчих, их всего-то несколько человек и одна из них матушка, Л.Н. Холоимова исполняла свое обещание: жаловалась, угрожала и упрекала. Можно предположить, что богослужения и приходская жизнь для нее – нож острый.
— Какое они имеют право отпевать у себя покойников? — гневно спрашивала она, сидя у нас в редакции. – Я терпеть не могу, когда отпевают покойников. И еще кружат вокруг дома со своими молитвами. Что за безобразие!
Кружением вокруг дома женщина называет крестные ходы, которые изредка: на Пасху и в дни больших праздников совершают православные. Особенно раздражают ее литургические песнопения и запах ладана.
Чтобы испортить жизнь ненавистным людям, Холоимова стала во время богослужений на всю громкость включать магнитофон. Батюшка возглашает: «Господу помолимся», а магнитофон за стенкой вопит разудалый шлягер.
Верующие старались не отвечать на зло злом, с христианским терпением переносить эти выходки. В прошлом году на праздник Сретения Господня в церковь приехали гости: ливенский благочинный о. Виктор Яковец, несколько священников из Ливен. Соседка тоже к празднику подготовилась. Музыка ревела так, что заглушала пение церковного хора из трех женщин. Тогда гости запели вместе с ним. Службу отслужили, как положено.
— Поздравляю вас, братия и сестры, — сказал на прощание о. Виктор. — Все-таки мы спели громче.
Все посмеялись и разошлись, но когда битвы хоров стали повторяться все чаще, стало не до смеха. Хотели уговорить соседку успокоиться.
Прихожане А. Г. Иванов и В. Ф. Моногарова пошли к ней.
— Любовь Николаевна, зайди к батюшке, он тебя зовет.
Но она отказалась и стала колотить в стену кулаками. Наверное, для того, чтобы подтвердить отказ. В этот момент в церкви находилась женщина, которая пришла помянуть свою умершую дочку. Этот грохот так оскорбил её, что несчастная мать зарыдала.
Чтобы прекратить конфликт, верующие проложили стену специальным звукоизолирующим материалом, тщательно оштукатурили. Но и это не успокоило Холоимову. Она обратилась в суд.
«Между моей и соседней квартирой достаточно тонкие стены (ДСП), — пишет она в своем исковом заявлении. – И проводимые ритуальные собрания мешают мне в полной мере пользоваться принадлежащей мне на праве собственности квартирой».
Вообще-то, пользуется квартирой не Любовь Николаевна, а ее квартиранты – молодая пара, которая снимает у нее жилье. Живут супруги Холоимовы в собственном доме в селе Крутом. Но в то время, когда в церкви начинается служба, она действительно приходит туда. Зачем? Об этом знает она одна.
Отец Роман и его прихожане шли в суд хоть с тревогой, но в то же время с уверенностью в своей правоте. Экспертиза, проведенная по требованию суда, показала, что:
«При проведении молебных обрядов в жилой комнате квартиры №1 д. №49 в пос. Сахзаводском Ливенского района создается непостоянный колеблющийся шум... Измерения уровня шума не превышают допустимых уровней звука и соответствуют требованиям Сан Пин...»
А таблица, приложенная к заключению эксперта, свидетельствовала, что шум даже ниже допустимых значений. Допустимый уровень шума 40 децибел, а шум в квартире Холоимовой составляет 30 децибел.
— К тому же, — говорит отец Роман, — церковь находится там временно. Построим храм – уйдем. Неужели, нельзя подождать несколько лет?
Нет, Холоимова ждать не хочет и требует прекратить богослужения. И суд поддерживает ее в этом желании. Как напоминает это указ советской власти, которым в двадцатых годах запретили на территории СССР колокольный звон. Тогда власти тоже решили, что колокола мешают трудящимся отдыхать после рабочего дня.
Ну, а какова все-таки истинная причина всех страстей и судебных разбирательств? По нашему мнению, банальная жадность. Супругу жалобщицы – Виктору Холоимову в середине девяностых годов по решению профсоюзного собрания сахарного завода была выделена комната площадью 14 кв. метров в здании пожарного депо завода, т.к. «своего жилья он не имеет». Выделена ему одному. Через некоторое время В. Холоимов получил от Крутовской поселенческой администрации ордер уже на двух лиц: вторым была его супруга Л. Н. Холоимова, которой проф. собрание жилья не давало. В 2005 году, когда Холоимовы стали приватизировать свое жилье, 14 кв. метров, загадочным образом превратились в 24 кв. метра.
В то время за стенкой их квартиры, там, где сейчас церковь, располагалась аптека, которая арендовала помещение у ОАО «Ливнысахар». Хозяева аптеки купили себе другое помещение и ушли. Комната опустела и была заперта. Холоимовы не стали терять времени: сделали из своей квартиры дверь в бывшую аптеку, а на входную дверь изнутри навесили свой собственный замок.
После этого Л.Н. Холоимова стала ходить по инстанциям, выпрашивая для себя эту комнату. Побывала у главы поселенческой администрации, у главы районной администрации. Зачем? Это тоже загадка. Жилье у супругов Холоимовых есть и не одно. Кому будет предназначена отвоеванная комната?
Любовь Николаевна не хочет ничего объяснять. «Квартира, квартира, квартира...» — твердит она. И если квартиру ей не отдадут, то ой, ой, ой...
— Я ему (отцу Роману) буду мешать постоянно, я буду включать музыку на полную громкость. И никто мне не запретит. Моя хата, что хочу, то и делаю.
Эх, Любовь Николаевна. Да ведь такие «хаты» даны всем нам ненадолго. Придет каждому своё время и «отойдет человек в вечный дом свой», как сказано в Писании. Вот там Вы встретитесь с настоящим хозяином и распорядителем наших жизней. За богоборцев церковь не молится. И прихожане Сахзаводского поселка не попросят его о милосердии, не помолятся о Вас. Страшно это, Любовь Николаевна.
Источник...
