Гибридное православие
Feb. 6th, 2019 11:37 pmhttps://www.gazeta.ru/comments/column/desnitsky/12165367.shtml?fbclid=IwAR282gNJ1GemkexgxpIIMEJ4YKRgKiUViO_tIrH10pWqTnKiaLoAdnwZlVg
«Мирового православия» больше нет....По поручению патриарха Варфоломея на интронизацию митрополита Епифания, предстоятеля новой украинской церкви, должен был приехать архимандрит Ефрем, настоятель знаменитого и очень популярного у русских паломников Ватопедского монастыря на Афоне. … И вот теперь — участвовать в интронизации Епифания и так дать публичную пощечину Москве, куда он еще, поди, надеется приехать? Или ослушаться своего патриарха?
Отец Ефрем послушался, поехал в Киев. И как бы заболел. И лег как бы в больницу, на интронизацию не пошел. Потом по сети разошлась фотография, где он, лежа в рясе и камилавке (!) на кровати, совсем не похожей на больничную, улыбается и жмет руку митрополиту Епифанию. Вроде запросто, по-человечески здоровый навестил больного — но зато в торжественном обряде больной так и не участвовал.
И получаются две взаимоисключающих версии — сердечная встреча двух духовных отцов или внезапное бегство одного из них подальше от другого… Одна для Киева, другая для Москвы.
Дальше — больше. В своем интервью Епифаний одновременно призывает верующих, принадлежащих к приходам Московской патриархии, по-братски присоединяться к новой церкви — и тут же называет эти приходы щупальцами агрессора, которые необходимо отсечь.
Так кто они — братья во Христе или щупальца Ктулху?
И наконец, создание новой церковной структуры — ПЦУ — которой управляет Епифаний, вроде как подразумевало упразднение старой под названием УПЦ КП и под управлением патриарха Филарета. Но нетрудно убедиться, что никуда не делась ни структура, ни предстоятель. По одной версии (ее высказывает Филарет), на самом деле все осталось, как было, это временный тактический ход и скоро Киевский патриархат будет признан другими поместными церквями. А по другой, которую активно продвигают «для внешних», — никакого Киевского патриархата больше нет, просто пожилому Филарету во избежание скандала позволяют называть себя патриархом и дальше.
Для каждой аудитории, для каждой ситуации — своя версия.
«Мирового православия» больше нет....По поручению патриарха Варфоломея на интронизацию митрополита Епифания, предстоятеля новой украинской церкви, должен был приехать архимандрит Ефрем, настоятель знаменитого и очень популярного у русских паломников Ватопедского монастыря на Афоне. … И вот теперь — участвовать в интронизации Епифания и так дать публичную пощечину Москве, куда он еще, поди, надеется приехать? Или ослушаться своего патриарха?
Отец Ефрем послушался, поехал в Киев. И как бы заболел. И лег как бы в больницу, на интронизацию не пошел. Потом по сети разошлась фотография, где он, лежа в рясе и камилавке (!) на кровати, совсем не похожей на больничную, улыбается и жмет руку митрополиту Епифанию. Вроде запросто, по-человечески здоровый навестил больного — но зато в торжественном обряде больной так и не участвовал.
И получаются две взаимоисключающих версии — сердечная встреча двух духовных отцов или внезапное бегство одного из них подальше от другого… Одна для Киева, другая для Москвы.
Дальше — больше. В своем интервью Епифаний одновременно призывает верующих, принадлежащих к приходам Московской патриархии, по-братски присоединяться к новой церкви — и тут же называет эти приходы щупальцами агрессора, которые необходимо отсечь.
Так кто они — братья во Христе или щупальца Ктулху?
И наконец, создание новой церковной структуры — ПЦУ — которой управляет Епифаний, вроде как подразумевало упразднение старой под названием УПЦ КП и под управлением патриарха Филарета. Но нетрудно убедиться, что никуда не делась ни структура, ни предстоятель. По одной версии (ее высказывает Филарет), на самом деле все осталось, как было, это временный тактический ход и скоро Киевский патриархат будет признан другими поместными церквями. А по другой, которую активно продвигают «для внешних», — никакого Киевского патриархата больше нет, просто пожилому Филарету во избежание скандала позволяют называть себя патриархом и дальше.
Для каждой аудитории, для каждой ситуации — своя версия.